ВСЕМИРНЫЙ БАНК ПОВЫСИЛ ПРОГНОЗ ПО РОСТУ ВВП КАЗАХСТАНА

Изображение: Freepik

Всемирный банк оценил экономический рост Казахстана по итогу 2025 года на уровне 6,0%, что ниже чем оценка правительства РК в 6,5%, но на 1,5 процентных пункта выше, чем предрекали аналитики ВБ в июне прошлого года. Тем не менее, в этом и следующем годах ожидается замедление темпов роста. Согласно январскому докладу, рост ВВП Казахстана составит 4,5% в 2026 году и 3,9% в 2027 году. Это замедление связано с эффектом «высокой базы» 2025 года и стабилизацией объёмов добычи нефти. Несмотря на то, что Казахстан остаётся одной из ведущих экономик региона, темпы роста нашей страны будут ниже, чем в среднем по Центральной Азии на 0,5 п.п. Рост в 2025–2026 годах во многом поддерживается увеличением добычи ресурсов, однако в 2026 году ожидается стабилизация добычи, что станет сдерживающим фактором. Экономику поддерживают государственные инвестиции в инфраструктуру и жилищное строительство, а также устойчивое частное потребление, стимулируемое кредитованием. Инфляция в Казахстане остаётся выше целевого уровня в 5%. Прогнозируется её постепенное снижение до 9,7% в 2026 году и до 8,5% в 2027 году. Давление на цены оказывают расширение бюджетных расходов и волатильность курса тенге. Основной риск — снижение мировых цен на нефть, что напрямую бьёт по экспортной выручке и бюджетным доходам.

Мировая экономика продемонстрировала заметную устойчивость к усилению торговой напряжённости и неопределённости в политике. В прошлом году активность поддерживалась накоплением запасов торгуемых товаров, высокой склонностью к риску и резким ростом расходов на искусственный интеллект, в то время как цепочки поставок адаптировались к растущим торговым барьерам. Темпы роста, оказавшиеся выше ожидаемых, завершили пятилетний период глобального восстановления после рецессии 2020 года, не имеющий аналогов на протяжении более шести десятилетий, хотя уязвимые страны с формирующимся рынком и развивающиеся экономики (РФРЭ) всё ещё серьёзно отстают.

В целом, по оценкам ВБ, глобальный рост составил в среднем 2,7% в 2025 году, что на 0,4 процентного пункта выше июньских прогнозов, отчасти в результате более сильного, чем ожидалось, роста в крупнейших экономиках. По мере ослабления поддерживающих факторов прогнозируется снижение темпов роста до 2,6% в 2026 году, что будет вызвано заметным замедлением спроса на торгуемые товары и ослаблением внутреннего спроса во многих крупных экономиках. Затем ожидается небольшой рост до 2,7% в 2027 году, так как внутренний спрос ощутит выгоду от более раннего смягчения денежно-кредитной политики, а ситуация в торговле улучшится на фоне снижения неопределённости. Этот базовый прогноз предполагает отсутствие новых крупных потрясений в сфере торговли.

Рынки сырьевых товаров

Ожидается, что сдержанная экономическая активность, включая замедление роста в Китае, и прекращение опережающего накопления запасов сырьевых товаров окажут давление на спрос на энергоносители и промышленное сырьё в 2026 году. Прогнозируется, что цены на сырьевые товары снизятся на 7% в 2026 году, повторив снижение 2025 года, однако останутся примерно на 20% выше своего номинального среднего значения за 2015–2019 годы. В 2027 году ожидается рост цен на сырьевые товары на 4%, что отражает ребалансировку предложения на рынке нефти, так как снижение цен в 2026 году приведёт к сокращению добычи в следующем году. По сравнению с июньским прогнозом цены на сырьевые товары несколько выше из-за менее выраженного влияния тарифов на экономическую активность, чем предполагалось изначально.

Цена нефти марки Brent составила в среднем $69 за баррель в 2025 году и, по прогнозам, упадет до $60за баррель в 2026 году, при этом цены будут испытывать понижательное давление, так как рост предложения, по прогнозам, опередит спрос в следующем году. Ожидается, что мировое потребление нефти вырастет примерно на 0,7 млн баррелей в сутки в 2026 году — примерно теми же темпами, что и в прошлом году, и примерно в два раза медленнее допандемийного среднего уровня (IEA 2025). С учётом увеличения добычи нефти ОПЕК+ в 2025 году ожидается, что рынки нефти столкнутся с растущим дисбалансом в 2026 году при существенном избытке предложения.

Риски для цен на нефть смещены в сторону снижения, что отчасти отражает возможность избыточного предложения со стороны ОПЕК+ и сланцевой добычи в США, а также более резкого, чем ожидалось, замедления спроса в случае реализации понижательных рисков для глобального роста. Напротив, рост мировых цен на нефть может быть спровоцирован, если ОПЕК+ отменит увеличение добычи. Кроме того, существует вероятность дальнейших санкций и других перебоев в экспорте нефти, связанных с геополитической напряжённостью на Ближнем Востоке, вторжением России в Украину и, в краткосрочной перспективе, событиями в Венесуэле.

Продолжая тенденцию 2025 года, эталонные цены на природный газ в Европе и США, по прогнозам, будут расходиться в течение 2026 и 2027 годов: цены в США вырастут на 11%, а европейские цены упадут на аналогичную величину. Эти тенденции отражают структурные сдвиги на мировом рынке газа: всё больше американского природного газа экспортируется в виде СПГ, что повышает спрос и внутренние цены, в то время как Европа выигрывает от большей доступности СПГ на мировом рынке по мере отказа от трубопроводного газа из Российской Федерации. Кроме того, резкое падение импорта СПГ в Китай в прошлом году высвободило объёмы для других покупателей.

Ожидается, что цены на металлы останутся в целом стабильными в 2026–2027 годах, при этом растущий спрос на материалы для поддержки перехода к «зелёной» энергетике компенсирует слабую промышленную активность, особенно в Китае, на долю которого приходится около половины мирового потребления металлов. Недавние торговые меры пока оказали ограниченное влияние на цены металлов, но могут постепенно повлиять на инвестиционные потоки и усилить волатильность цен, особенно на металлы, связанные с переходом к низкоуглеродному производству энергии. Цены на золото выросли на 42% в 2025 году на фоне высокого спроса со стороны инвесторов, продолжающихся закупок центральными банками и притока средств в активы-убежища в условиях повышенной геополитической напряжённости и неопределённости политики. Ожидается, что эти же факторы поддержат заметно высокие цены на золото в течение следующих двух лет, хотя закупки центральными банками, вероятно, станут умеренными.

После относительной стабильности в 2025 году ожидается, что цены на сельскохозяйственную продукцию умеренно снизятся в 2026 году, а затем ещё немного в 2027 году. Прогнозируется, что цены на продовольствие останутся в значительной степени стабильными в 2026–2027 годах, поскольку рост предложения приблизится к долгосрочным трендам. Цены на напитки — особенно на какао и кофе — по прогнозам, снизятся в 2026–2027 годах со своих рекордных уровней 2025 года, вызванных погодой, но останутся на исторически высоких отметках.

Европа и Центральная Азия

Ожидается, что темпы роста в регионе Европы и Центральной Азии (ЕЦА) останутся стабильными на уровне 2,4% в 2026 году, так как устойчивый внутренний спрос компенсирует негативное влияние слабого роста в еврозоне и усилившейся торговой напряжённости. Прогнозируется, что в 2027 году рост укрепится до 2,7%, в основном за счёт ускорения активности в Турции. В более широком смысле, оживление регионального роста в следующем году отражает восстановление экспорта и рост частного потребления на фоне замедления инфляции. Тем не менее, рост остаётся ограниченным из-за структурных проблем и старения населения, а низкие темпы создания рабочих мест, вероятно, будут затруднять выход молодёжи на рынок труда. Понижательные риски для прогноза включают затяжной характер или интенсификацию вторжения России в Украину, дальнейшую эскалацию торговой напряжённости и политической неопределённости, более устойчивое инфляционное давление и ужесточение финансовых условий. С позитивной стороны, поддержку росту могут оказать более раннее, чем ожидалось, прекращение активных боевых действий, ускорение роста производительности за счёт искусственного интеллекта или укрепление торговли благодаря углублению региональной интеграции или диверсификации экспорта.

В Центральной Азии прогнозируется ослабление роста до 5% в 2026 году и до 4,6% в 2027 году. Ожидается снижение частного потребления на фоне высокой инфляции, а замедление роста в России, вероятно, ограничит экспорт и денежные переводы, которые также окажутся под давлением из-за ужесточения миграционной политики. Казахстан и Узбекистан, как пограничные рынки, поддерживали устойчивый рост ВВП на душу населения в 2000–2025 годах. Однако рост Казахстана замедлится в 2026 году по мере стабилизации добычи нефти, а более низкие цены на нефть сократят экспортную выручку и бюджетные доходы. Несмотря на ожидаемое замедление роста в Кыргызской Республике, Таджикистане и Узбекистане, высокие цены на золото должны поддержать экономическую активность.

Экономика Казахстана переходит к этапу «умеренного роста». Период быстрого рывка 2024–2025 гг. сменяется фазой стабилизации. Главная задача страны на 2026–2027 годы — не допустить «перегрева» экономики из-за высокого потребительского кредитования и справиться с инфляцией, сохраняя при этом темпы диверсификации вне нефтяного сектора, отмечают аналитики ВБ.

В целом, риски для прогноза смещены в сторону ухудшения, особенно с учётом сохраняющейся геополитической напряжённости и высокой неопределённости. Дополнительные риски включают эскалацию торговых трений, более устойчивую, чем ожидалось, инфляцию и возникновение финансового стресса.

Геополитическая напряжённость остаётся значительным риском для всего региона ЕЦА: уровень неопределённости превышает доинвазионные показатели. Затягивание или интенсификация вторжения России может ещё больше ослабить экономику Украины. С другой стороны, более раннее прекращение боевых действий может ускорить инвестиции в восстановление Украины и повысить уверенность инвесторов в регионе.

С позитивной стороны, углубление региональной интеграции — подкреплённое новыми соглашениями (такими как стратегическое партнёрство ЕС и Центральной Азии) — могло бы поддержать торговлю и рост, считают авторы доклада. Улучшение процедур упрощения торговли и интеграция платежей могут дать дополнительные преимущества.