ПОЧЕМУ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫЕ ФИРМЫ ОСТАЮТСЯ МАЛЕНЬКИМИ

Изображение: aleksandarlittlewolf/Freepik

Во многих развивающихся экономиках наблюдается устойчивая структурная аномалия: наиболее производительные предприятия остаются недоразвитыми по масштабу, тогда как менее эффективные фирмы аккумулируют непропорционально большую долю ресурсов. Такое искажённое распределение факторов производства приводит к систематическому снижению совокупной производительности и существенно ограничивает потенциал долгосрочного экономического роста. В данной статье THE TENGE представляет анализ Диего Рестуччии, в котором производительность рассматривается на уровне отдельных предприятий с акцентом на институциональные и рыночные искажения, препятствующие эффективной аллокации ресурсов. Эмпирическая база исследования опирается на данные обследований предприятий Всемирного банка, охватывающие производственные и сервисные компании более чем в 100 странах мира.

Показано, что в развивающихся странах связь между производительностью предприятия и его занятостью существенно слабее, чем в экономиках с высоким уровнем дохода. При этом негативные последствия особенно выражены для наиболее производительных фирм, которые не получают доступа к рабочей силе и капиталу в объёмах, соответствующих их эффективности. В результате фактический совокупный выпуск в этих странах составляет менее половины потенциального уровня, который мог бы быть достигнут при более рациональном перераспределении трудовых ресурсов между предприятиями.

Существенные различия в уровнях доходов между странами по-прежнему остаются одной из центральных проблем глобальной экономической политики. В экономической литературе давно утвердилось представление о том, что эти различия в первую очередь отражают расхождения в производительности, а не только в обеспеченности капиталом или рабочей силой. В последние годы фокус исследований все в большей степени смещается к анализу того, каким образом совокупная производительность формируется через распределение ресурсов между фирмами внутри страны.

Значительный вклад в это направление внесли работы, показавшие, что во многих развивающихся экономиках наблюдается систематическое искажение структуры бизнеса: высокопроизводительные фирмы остаются чрезмерно малыми, тогда как менее эффективные предприятия разрастаются сверх оптимального масштаба. Обзоры по данной тематике подтверждают, что подобное нерациональное распределение ресурсов может приводить к крупным потерям совокупной производительности и, как следствие, сдерживать долгосрочный экономический рост. Вместе с тем до недавнего времени эмпирическая база для межстранового анализа масштабов таких искажений, а также для выявления институциональных факторов, лежащих в их основе, оставалась ограниченной.

В статье обобщаются новые результаты, полученные в недавнем исследовании автора (Restuccia, 2025), основанном на расширенном массиве данных обследований предприятий Всемирного банка за 2025 год. Эти данные охватывают фирмы более чем в 100 странах мира, работающие как в обрабатывающей промышленности, так и в сфере услуг. В эмпирическом анализе применяется стандартная и широко используемая модель размера фирмы, позволяющая оценить производительность на уровне отдельных предприятий и выявить искажения, связанные с наблюдаемым распределением их масштабов.

Ключевой вывод заключается не только в том, что искажения распределения ресурсов существенно сильнее выражены в более бедных странах, но и в том, что они имеют иную природу. В развивающихся экономиках искажения теснее связаны с уровнем производительности фирм, что ослабляет ожидаемую положительную связь между эффективностью предприятия и масштабом его деятельности. В результате издержки неэффективного распределения ресурсов оказываются значительно выше, чем в странах с высоким уровнем дохода.

Дополнительно данные Всемирного банка позволяют проанализировать, какие именно ограничения деловой среды, включая регулирование, доступ к финансированию, коррупцию и качество инфраструктуры в наибольшей степени согласуются с выявленной эмпирической моделью искажений. Это создаёт основу для более точной идентификации направлений реформ, способных восстановить связь между производительностью и размером фирмы и тем самым повысить совокупную эффективность экономики.

Как измеряются производительность и искажения

Анализ опирается на простую и интуитивно прозрачную идею, восходящую к стандартным моделям размера фирмы. В рамках этих подходов предполагается, что предприятия различаются по уровню производительности и что в экономике без существенных искажений более производительные фирмы должны привлекать больше рабочей силы и функционировать в более крупном масштабе. Это формирует устойчивую положительную зависимость между производительностью предприятия и его размером. Нарушение данной зависимости рассматривается как индикатор наличия искажений таких как регуляторные ограничения, неформальные платежи или иные институциональные барьеры, которые препятствуют фирмам в достижении их эффективного масштаба.

На основе данных обследований предприятий Всемирного банка производительность фирм оценивается с использованием информации о продажах и занятости. Искажения идентифицируются через отклонение фактического размера фирмы от значения, которое можно было бы ожидать с учётом её производительности. Для обеспечения сопоставимости результатов между странами, отраслями и различными волнами опросов анализ концентрируется на относительных различиях между фирмами внутри каждой страны, а не на сравнении абсолютных уровней показателей.

Обследования предприятий Всемирного банка особенно хорошо подходят для решения данной задачи, поскольку они основаны на унифицированной методологии, охватывают широкий круг стран и содержат детализированную информацию об условиях ведения бизнеса. Вместе с тем используемые данные не лишены ограничений. В частности, они не включают сельскохозяйственные предприятия, которые широко представлены в развивающихся странах и могут сталкиваться с иными типами барьеров и искажений. Кроме того, из выборки исключены микропредприятия с численностью занятых менее пяти человек, а сами выборки, как правило, имеют ограниченный размер, что затрудняет более тонкие межстрановые сопоставления. Несмотря на эти ограничения, в работе показано, что особенности выборки не оказывают существенного влияния на ключевые результаты и не меняют основных выводов анализа.

Более значительные различия в производительности труда в бедных странах.

Первая группа результатов посвящена межфирменным различиям в производительности (см. рисунок 1). Анализ показывает, что распределение производительности на уровне отдельных предприятий в развивающихся странах значительно более неравномерно, чем в экономиках с высоким уровнем дохода. Принципиально важно, что данный результат не объясняется наличием небольшого числа исключительно производительных фирм в развивающихся экономиках. Напротив, ключевой особенностью является высокая концентрация предприятий с крайне низким уровнем производительности.

Нижняя граница распределения производительности в развивающихся странах смещена существенно вниз, что формирует значительный разрыв между наиболее и наименее эффективными фирмами. Иными словами, проблема заключается не столько в «избыточных лидерах», сколько в массовом присутствии фирм-аутсайдеров, которые функционируют на крайне низком уровне эффективности. Такое расширение нижнего хвоста распределения усиливает общую неоднородность и создает предпосылки для значительных потерь совокупной производительности.

Полученные результаты хорошо согласуются с выводами предыдущих эмпирических исследований, основанных на данных по ограниченному числу стран, а также с недавней работой Айерста и соавторов (2024), использующей микроданные базы Orbis.

Рисунок 1. Разрыв в производительности между фирмами и уровнем развития

Источник: cepr.org
Примечание. Разброс производительности в каждой стране измеряется стандартным отклонением логарифма совокупной факторной производительности (СФП) по фирмам на панели (а) и указанными процентильными коэффициентами СФП фирм на панели (б). Каждое наблюдение представляет собой значение для указанной страны. Производительность труда в логарифмах за 2023 год взята из Penn World Table v11.0 (Feenstra et al. 2015).

Существенная неоднородность производительности между фирмами делает вопрос эффективного распределения ресурсов принципиально важным. Чем сильнее различается уровень производительности предприятий, тем выше потенциальный выигрыш от перераспределения занятости в пользу более эффективных фирм. В таких условиях корректная аллокация рабочей силы становится ключевым каналом повышения совокупной производительности.

Именно в этой точке роль искажений приобретает решающее значение. Институциональные, регуляторные и неформальные барьеры, препятствующие росту производительных фирм и удерживающие ресурсы в менее эффективных сегментах, приводят к тому, что потенциальные выгоды от перераспределения остаются нереализованными. В результате высокая межфирменная разнородность производительности, вместо того чтобы служить источником ускоренного роста, превращается в фактор устойчивых потерь эффективности на уровне всей экономики.

Более слабая связь между производительностью и размером фирмы

Ключевой эмпирический результат исследования состоит в том, что в развивающихся экономиках искажения систематически ослабляют связь между производительностью и размером фирмы. В странах с высоким уровнем дохода наблюдается устойчивая закономерность: более производительные предприятия, как правило, функционируют в более крупном масштабе. В более бедных экономиках эта зависимость выражена значительно слабее — высокопроизводительные фирмы остаются относительно небольшими, тогда как менее эффективные предприятия привлекают избыточную рабочую силу и разрастаются сверх экономически обоснованного уровня.

Данная асимметрия находит прямое отражение в эмпирических данных. Эластичность занятости по отношению к производительности труда, то есть степень, с которой фирмы увеличивают масштабы деятельности по мере роста своей эффективности, в развивающихся странах существенно ниже. Это указывает на то, что механизмы перераспределения ресурсов работают значительно хуже именно там, где потенциальные выгоды от них наиболее высоки.

Одновременно искажения, с которыми сталкиваются фирмы в развивающихся экономиках, оказываются не только более выраженными по масштабу, но и более тесно связанными с уровнем производительности. В частности, производственные предприятия в более бедных странах, как правило, сталкиваются с более высокими эффективными барьерами роста, которые непропорционально сдерживают расширение именно наиболее продуктивных фирм (см. рисунок 2). В совокупности это формирует структурную ловушку, при которой ресурсы закрепляются в менее эффективных сегментах, а вклад высокопроизводительных предприятий в совокупный выпуск оказывается существенно заниженным.

Рисунок 2. Связь между искажениями (занятостью) и производительностью труда в различных фирмах

Источник: cepr.org

Примечание. Взаимосвязь между искажениями и производительностью труда в разных фирмах показана на панели (а), а занятость и производительность труда — на панели (б), причём оба показателя измерены как эластичность логарифма искажений (занятости) по отношению к логарифму производительности труда в разных фирмах каждой страны. Производительность труда в логарифмическом масштабе за 2023 год взята из базы данных Penn World Table v11.0 (Feenstra et al. 2015).

Такое сочетание факторов является особенно разрушительным для экономической динамики. Искажения, которые непропорционально затрагивают наиболее производительные фирмы, систематически блокируют перераспределение факторов производства, прежде всего рабочей силы — в те сегменты, где их использование было бы наиболее эффективным. В результате ресурсы закрепляются в менее продуктивных предприятиях, тогда как фирмы с высоким уровнем эффективности не могут расширяться до оптимального масштаба.

Насколько велики потери производительности?

Для количественной оценки выявленных эффектов проводится сопоставление фактического совокупного выпуска с тем уровнем производства, который мог бы быть достигнут при эффективном распределении труда между фирмами внутри каждой страны. Данный показатель, широко известный в литературе как аллокативная эффективность, отражает долю потенциальной производительности, утрачиваемую вследствие того, что рабочая сила не задействована в тех предприятиях, где её предельная отдача была бы наибольшей.

Полученные результаты указывают на существенно более низкую аллокативную эффективность в развивающихся экономиках (см. рис. 3). Во многих странах фактический совокупный выпуск составляет менее половины уровня, который был бы возможен при более рациональном перераспределении трудовых ресурсов. Масштабы этих потерь оказываются значительными как в обрабатывающей промышленности, так и в секторе услуг.

При этом искажения, как правило, сильнее выражены в сфере услуг, где выше распространённость регулирования и где значительная часть деятельности относится к неторгуемым секторам.

Рисунок 3. Стоимость неэффективного распределения ресурсов в производственном и сервисном секторах с точки зрения производительности труда

Источник: cepr.org
Примечание. Эффективность распределения ресурсов — это отношение совокупного фактического объёма производства к эффективному объёму производства. Производительность труда в логарифмическом масштабе за 2023 год взята из базы данных Penn World Table v11.0 (Feenstra et al. 2015).

Полученные выводы в целом согласуются с результатами более ранних исследований, основанных на данных по отдельным странам или узким выборкам экономик. Однако использование данных обследований предприятий Всемирного банка позволяет выйти за рамки фрагментарного анализа и систематически зафиксировать эти закономерности в широком спектре стран с различным уровнем дохода и институционального развития. Ключевым преимуществом данного подхода является применение единой методологии измерения производительности и искажений, что обеспечивает сопоставимость результатов между экономиками и повышает их аналитическую значимость.

Какие препятствия имеют наибольшее значение?

Ключевое преимущество обследований предприятий Всемирного банка состоит в том, что они включают субъективные оценки самих компаний относительно барьеров и ограничений, с которыми они сталкиваются в своей деятельности. Это даёт возможность анализировать не только то, какие виды ограничений в целом чаще присутствуют в развивающихся экономиках, но и то, как данные барьеры распределяются между фирмами внутри одной и той же страны.

Результаты анализа показывают, что ряд характеристик деловой среды особенно хорошо согласуется с выявленной эмпирической моделью искажений. Так, регулирование, влияющее на ценовую политику фирм, существенно чаще встречается в развивающихся странах и, как правило, непропорционально сильнее затрагивает наиболее производительные предприятия (см. верхние панели на рисунке 4). Аналогичная закономерность наблюдается и по показателям коррупции: такие индикаторы, как частота неформальных платежей, оказываются выше именно для более эффективных фирм.

Проблемы инфраструктурного характера — включая перебои в доступе к интернету и электроснабжению — также демонстрируют выраженную асимметрию. В более бедных экономиках они в большей степени затрагивают производительные предприятия, тем самым дополнительно усиливая барьеры для их роста и закрепляя неэффективное распределение ресурсов.

Рисунок 4. Регулирование, финансирование и уровень развития

Фирмы, сообщающие о своих ценах, подлежат регулированию

Компании, заявляющие об отсутствии кредитных ограничений

Источник: cepr.org
Примечание. Верхние панели показывают показатель регулирования (фирмы, сообщающие о регулировании своих цен), а нижние панели — показатель финансирования (фирмы, сообщающие о неограниченном кредитовании). Левые панели показывают среднее значение каждого показателя для каждой страны, а правые панели — разницу между средним значением каждого показателя для фирм, входящих в верхние и нижние 10% распределения производительности. Производительность труда в логарифмическом масштабе за 2023 год взята из базы данных Penn World Table v11.0 (Feenstra et al. 2015).

В отличие от регуляторных и институциональных факторов, финансовые ограничения демонстрируют более неоднозначную картину. Хотя в среднем доступ к финансированию в развивающихся странах заметно хуже, эмпирические показатели не всегда подтверждают, что более производительные фирмы сталкиваются с финансовыми ограничениями в большей степени, чем менее эффективные предприятия, и в той мере, которая соответствовала бы наблюдаемым масштабам искажений (см. нижние панели на рисунке 4).

Полученные результаты допускают, что отдельные аспекты деловой среды могут быть особенно вредоносными в специфических секторах или в конкретных странах, но не проявляются одинаково во всех экономиках. Выявление таких эффектов требует более детального, странового и секторального анализа, выходящего за рамки агрегированных сопоставлений.

Принципиально важно также различать средний уровень искажений и характер их распределения между фирмами. Ограничения, которые воздействуют на все предприятия относительно равномерно, могут снижать совокупный выпуск через влияние на накопление капитала или других факторов производства, но не обязательно ведут к существенным потерям аллокативной эффективности. Напротив, искажения, которые дифференцированы между фирмами — и особенно те, которые непропорционально «наказывают» наиболее производительные предприятия, — оказываются значительно более разрушительными для совокупной производительности экономики.

Последствия для политики

Полученные результаты имеют прямые и значимые последствия для экономической политики. Они показывают, что повышение производительности в развивающихся странах требует большего, чем простое снижение средних барьеров для ведения бизнеса. Критически важно учитывать не только уровень этих барьеров, но и то, как они дифференцированно воздействуют на фирмы с разным уровнем производительности. Политика, направленная на сокращение неравномерного регуляторного давления, снижение коррупции и устранение инфраструктурных сбоев особенно в тех случаях, когда они непропорционально ограничивают рост наиболее продуктивных предприятий, способна обеспечить существенный прирост совокупной производительности.

Результаты также подчёркивают ограничения подходов, основанных исключительно на средних страновых показателях деловой среды. Две страны с сопоставимым средним уровнем регулирования, коррупции или качества институтов могут демонстрировать принципиально разные показатели совокупной производительности, если соответствующие ограничения по-разному затрагивают наиболее эффективные фирмы. Таким образом, агрегированные индикаторы могут скрывать ключевые механизмы неэффективности, действующие на микроуровне.

В целом эмпирические данные указывают на то, что нерациональное распределение ресурсов остаётся одной из основных причин низкой производительности во многих развивающихся экономиках. При этом проблема заключается не просто в наличии множества барьеров для бизнеса, а в том, что эти барьеры систематически разрывают связь между производительностью и размером фирмы. Восстановление данной связи — позволяющее производительным предприятиям расти, привлекать больше рабочей силы и капитала и усиливать свой вклад в совокупный выпуск — должно рассматриваться как одна из центральных целей структурных реформ, ориентированных на устойчивое повышение производительности.